Подборка книг по тегу: "сильные чувства"
— Твоя подруга теперь будет жить в нашем доме, — холодно говорит муж. — Она будет тут хозяйкой.
— Она… твоя любовница? — смотрю на Дамира, и не верю своим ушам.
— Не любовница, нет. Невеста, — убивает он своими словами во мне все живое.
— Ты женат, не забыл?.. — хриплю я в ответ.
— Уже нет.
Он протягивает мне документы на развод.
— Ты уже 3 дня, как свободная женщина.
А я стою, не в силах дышать.
— Мне… уйти?
— О, нет, — оскаливается муж. — Ты никуда не пойдешь, дорогая. Охрана! Забирайте ее! — рявкает он и в комнату тут же влетают двое амбалов.
Хватают меня под руки, бросают в машину и везут в неизвестность.
А я лишь прикрываю руками живот.
«Все будет хорошо, малыш… Мама рядом… А папы… папы у нас больше нет»
Мы пять лет ждали ребенка. Сегодня я хотела обрадовать Дамира, но так и не успела сказать.
Мой счастливый брак рухнул в один день.
Но любимый еще не знает, как сильно ему однажды придется пожалеть о своем выборе…
Минимальная цена!
— Она… твоя любовница? — смотрю на Дамира, и не верю своим ушам.
— Не любовница, нет. Невеста, — убивает он своими словами во мне все живое.
— Ты женат, не забыл?.. — хриплю я в ответ.
— Уже нет.
Он протягивает мне документы на развод.
— Ты уже 3 дня, как свободная женщина.
А я стою, не в силах дышать.
— Мне… уйти?
— О, нет, — оскаливается муж. — Ты никуда не пойдешь, дорогая. Охрана! Забирайте ее! — рявкает он и в комнату тут же влетают двое амбалов.
Хватают меня под руки, бросают в машину и везут в неизвестность.
А я лишь прикрываю руками живот.
«Все будет хорошо, малыш… Мама рядом… А папы… папы у нас больше нет»
Мы пять лет ждали ребенка. Сегодня я хотела обрадовать Дамира, но так и не успела сказать.
Мой счастливый брак рухнул в один день.
Но любимый еще не знает, как сильно ему однажды придется пожалеть о своем выборе…
Минимальная цена!
— Он выставит свою клушу! Разведётся, как только я рожу ему сына! — кричит незнакомка между схватками.
Я привезла ее в роддом после аварии.
— Позвони моему любимому! Он должен знать, что я рожаю!
Вбиваю цифры, которые диктует мне девушка, в свой телефон.
А на экране мгновенно подтягивается контакт из записной книжки:
«Муж❤️»
Внутри леденеет. Воздух встает в горле комом.
Двери палаты распахиваются.
Муж смотрит сначала на любовницу, потом на меня.
И я жду, что он будет оправдываться, но Тагир оглушает:
— Как ты посмела, Ясмина?! Ты могла убить моего сына из-за своей бабской злобы!
— Это она в меня врезалась… — выдыхаю, а потом до меня доходит смысл его слов.
У них будет сын…
Вылетаю из палаты на улицу. Сердце — в осколки. Под ним — наш малыш, которого мы так долго ждали. Сегодня хотела обрадовать мужа.
Ничего не вижу от слёз.
Лишь боковым зрением замечаю большой внедорожник.
Глухой удар.
И мир переворачивается, а мое тело прошивает невыносимая, разрывающая на части боль
Я привезла ее в роддом после аварии.
— Позвони моему любимому! Он должен знать, что я рожаю!
Вбиваю цифры, которые диктует мне девушка, в свой телефон.
А на экране мгновенно подтягивается контакт из записной книжки:
«Муж❤️»
Внутри леденеет. Воздух встает в горле комом.
Двери палаты распахиваются.
Муж смотрит сначала на любовницу, потом на меня.
И я жду, что он будет оправдываться, но Тагир оглушает:
— Как ты посмела, Ясмина?! Ты могла убить моего сына из-за своей бабской злобы!
— Это она в меня врезалась… — выдыхаю, а потом до меня доходит смысл его слов.
У них будет сын…
Вылетаю из палаты на улицу. Сердце — в осколки. Под ним — наш малыш, которого мы так долго ждали. Сегодня хотела обрадовать мужа.
Ничего не вижу от слёз.
Лишь боковым зрением замечаю большой внедорожник.
Глухой удар.
И мир переворачивается, а мое тело прошивает невыносимая, разрывающая на части боль
— Мы еще не разведены, а ты уже подаешь заявление на брак с другой? — меня трясет, пока я стою в ЗАГСе и смотрю на мужа с его «невестой». — Вообще-то, многоженство в нашей стране запрещено.
— Так, ты уже здесь, давай убьем двух зайцев сразу, — вмешивается разговор любовница моего мужа.
— Рот не открывай в моем присутствии, — мой голос дрожит.
— Ната! — повышает голос муж. — Прекрати скандалить. Я тебе уже сообщил, что собираюсь с тобой развестись и жениться на другой. Что за цирк ты тут устроила? Неужели так сложно понять, что я тебя просто заменил?
— Заменил любовницей своего брата? — выдыхаю рвано. — Неделей назад? Или с самого начала планировал это? И вообще, зачем тогда было говорить, что любишь?
— Чтобы не слушать подобные истерики. Вы женщины слишком сильно доверяете мужчинам. Обычные слова любви заставляют вас поплыть. Но это все лирика. Суть в том, что ты выполнила свою роль в моей жизни, а теперь нам пора попрощаться.
— Так, ты уже здесь, давай убьем двух зайцев сразу, — вмешивается разговор любовница моего мужа.
— Рот не открывай в моем присутствии, — мой голос дрожит.
— Ната! — повышает голос муж. — Прекрати скандалить. Я тебе уже сообщил, что собираюсь с тобой развестись и жениться на другой. Что за цирк ты тут устроила? Неужели так сложно понять, что я тебя просто заменил?
— Заменил любовницей своего брата? — выдыхаю рвано. — Неделей назад? Или с самого начала планировал это? И вообще, зачем тогда было говорить, что любишь?
— Чтобы не слушать подобные истерики. Вы женщины слишком сильно доверяете мужчинам. Обычные слова любви заставляют вас поплыть. Но это все лирика. Суть в том, что ты выполнила свою роль в моей жизни, а теперь нам пора попрощаться.
— А ты располнела! Всё ещё заедаешь булками стресс после нашего расставания?
Передо мной с видом хозяина развалился бывший муж.
В моём кабинете, который скоро станет — его.
— Заедаю стресс? Нет, я всё ещё праздную, дорогой. А ты здесь какими судьбами?
Молю небеса, чтобы инвестором, а по сути, новым хозяином, оказался не он, но…
Удача в последнее время отвернулась от меня!
— Теперь всё принадлежит мне. И ты — подо мной, — хищно зыркнул глазами. — Справишься? Кажется, раньше тебе нравилось. У меня уши закладывало от твоих криков.
Я адресую бывшему улыбку:
— Каюсь, я имитировала.
***
Говорят, у каждого развода есть год спустя.
Наше случилось через много лет!
Теперь бывший муж намерен превратить мою жизнь в ад.
Но лучше бы ему не трогать меня и некоторые секреты…
Особенно те, после которых наш развод может оказаться совсем не тем, чем мы его считали.
Передо мной с видом хозяина развалился бывший муж.
В моём кабинете, который скоро станет — его.
— Заедаю стресс? Нет, я всё ещё праздную, дорогой. А ты здесь какими судьбами?
Молю небеса, чтобы инвестором, а по сути, новым хозяином, оказался не он, но…
Удача в последнее время отвернулась от меня!
— Теперь всё принадлежит мне. И ты — подо мной, — хищно зыркнул глазами. — Справишься? Кажется, раньше тебе нравилось. У меня уши закладывало от твоих криков.
Я адресую бывшему улыбку:
— Каюсь, я имитировала.
***
Говорят, у каждого развода есть год спустя.
Наше случилось через много лет!
Теперь бывший муж намерен превратить мою жизнь в ад.
Но лучше бы ему не трогать меня и некоторые секреты…
Особенно те, после которых наш развод может оказаться совсем не тем, чем мы его считали.
— Познакомься, это Василиса. Я тебе изменяю.
На губах моего мужа блестит чужая помада.
А рядом, в коротком леопардовом платье, стоит она. И ухмыляется.
— Вот так ты со мной, Суворов, да?
— Обойдёмся без сцен. Если захочешь развод — пожалуйста. Но запомни, и я скажу это один раз: если однажды передумаешь, я к тебе не вернусь. Соскучишься, прибежишь через год, через пять, через десять, я тебя не приму. Я на коленях ползать не стану!
— А если я прощу? — спросила я тихо. — Если проглочу?
— Тогда в следующий раз буду аккуратнее…
Я выпрямилась. Посмотрела ему в глаза — синие, суровые, как лёд. И сказала:
— У мужчины должна быть одна жена и одна семья. Третьего не дано. Развод!
— Что ж, это твой выбор, маленькая. Только потом не жалей. Не найдёшь ты больше никогда такого мужика, как я.
На следующий день он высаживает меня на вокзале.
С дырявым чемоданом и разбитым сердцем.
Машина отдаляется. Слёзы текут по щекам.
А потом происходит то, что меняет всё...
На губах моего мужа блестит чужая помада.
А рядом, в коротком леопардовом платье, стоит она. И ухмыляется.
— Вот так ты со мной, Суворов, да?
— Обойдёмся без сцен. Если захочешь развод — пожалуйста. Но запомни, и я скажу это один раз: если однажды передумаешь, я к тебе не вернусь. Соскучишься, прибежишь через год, через пять, через десять, я тебя не приму. Я на коленях ползать не стану!
— А если я прощу? — спросила я тихо. — Если проглочу?
— Тогда в следующий раз буду аккуратнее…
Я выпрямилась. Посмотрела ему в глаза — синие, суровые, как лёд. И сказала:
— У мужчины должна быть одна жена и одна семья. Третьего не дано. Развод!
— Что ж, это твой выбор, маленькая. Только потом не жалей. Не найдёшь ты больше никогда такого мужика, как я.
На следующий день он высаживает меня на вокзале.
С дырявым чемоданом и разбитым сердцем.
Машина отдаляется. Слёзы текут по щекам.
А потом происходит то, что меняет всё...
— Представь, у него объявился внебрачный сын. Поначалу он решил, его за лоха держат, а потом он вспомнил. Был момент один… Когда он по-мужски поддался. Просто поддался. И пожалел на утро.
Слушаю мужа внимательно. Он продолжает методично собирать детский стульчик для внука, которому год.
— Однако теперь есть сын, и это факт. И поначалу он просто помогал. деньгами. И не заметил, как привязался. Как там теплее стало. И теперь он на распутье…
— Это кто у тебя такой нерешительный? Игорь? Ваня?
— Неважно, — муж натянуто улыбается. — Просто скажи… А ты бы простила?
— Я-то? Простила, конечно. Посмертно.
***
Муж ничем не выдал волнения.
Всё, как всегда. Я не поняла ничего, ничего не почувствовала.
А утром он ушёл.
Молча. Взял с собой деньги на первое время, документы, собрал в небольшую сумку вещи.
Он ушёл, не зная, как это перевернет жизнь всей нашей семьи…
Слушаю мужа внимательно. Он продолжает методично собирать детский стульчик для внука, которому год.
— Однако теперь есть сын, и это факт. И поначалу он просто помогал. деньгами. И не заметил, как привязался. Как там теплее стало. И теперь он на распутье…
— Это кто у тебя такой нерешительный? Игорь? Ваня?
— Неважно, — муж натянуто улыбается. — Просто скажи… А ты бы простила?
— Я-то? Простила, конечно. Посмертно.
***
Муж ничем не выдал волнения.
Всё, как всегда. Я не поняла ничего, ничего не почувствовала.
А утром он ушёл.
Молча. Взял с собой деньги на первое время, документы, собрал в небольшую сумку вещи.
Он ушёл, не зная, как это перевернет жизнь всей нашей семьи…
— Тебе надо будет прикинуться моей девушкой, — хрипло заявляет босс, нависая над моим рабочим столом. — Ты поможешь мне выиграть элитный турнир.
Я сглатываю тугой ком. Мой строгий шеф просит стать его фиктивной девушкой?
— В мои обязанности это не входит! — заявляю смело.
— Я знаю, Велисова. Поэтому согласен на любые твои условия. Говори, что хочешь взамен.
Любые условия? В голове вспыхивает гениальная идея. Я медленно приподнимаюсь со стула, подаваясь вперед. Между нашими лицами остаются жалкие сантиметры.
— Я согласна, — выдыхаю я, глядя прямо в его немигающие зеленые глаза. — Мне тоже нужен фиктивный жених для предъявления маме.
— По рукам, Велисова.
***
Он — мой невыносимый босс-миллиардер по прозвищу «Терминатор», который никогда не проигрывает. Я — его строгая помощница, привыкшая прятать яркую внешность за серым офисным костюмом и очками. Наш план был безупречен: взаимовыгодная сделка, пара дней игры на публике и возвращение к рабочим будням. Но мы не учли одного..
Я сглатываю тугой ком. Мой строгий шеф просит стать его фиктивной девушкой?
— В мои обязанности это не входит! — заявляю смело.
— Я знаю, Велисова. Поэтому согласен на любые твои условия. Говори, что хочешь взамен.
Любые условия? В голове вспыхивает гениальная идея. Я медленно приподнимаюсь со стула, подаваясь вперед. Между нашими лицами остаются жалкие сантиметры.
— Я согласна, — выдыхаю я, глядя прямо в его немигающие зеленые глаза. — Мне тоже нужен фиктивный жених для предъявления маме.
— По рукам, Велисова.
***
Он — мой невыносимый босс-миллиардер по прозвищу «Терминатор», который никогда не проигрывает. Я — его строгая помощница, привыкшая прятать яркую внешность за серым офисным костюмом и очками. Наш план был безупречен: взаимовыгодная сделка, пара дней игры на публике и возвращение к рабочим будням. Но мы не учли одного..
— Никогда больше не произноси при мне это слово.
— Какое? Сестра?
Машину не заносит. Заносит меня.
Я наклоняюсь к ней — так близко, что вижу чёрный ободок в серых глазах.
— Не рассчитывай давить на братские чувства. Их нет. И знаешь почему? Я Герману не сын. Ни капли его крови во мне нет. Так что я тебе не брат. Даже если ты трижды его дочь — я. Тебе. Никто.
Мир качается, как палуба.
Потому что я только что выдал чужому человеку то, что прятал от целого города.
— Зачем вы мне это сказали? — спрашивает она тихо.
Секунда. Ещё одна.
— Чтобы ты понимала расклад.
***
Она появилась на поминках в мокром пальто, с одним потёртым конвертом и назвала себя дочерью моего отца. Дочь женщины, из-за которой умерла моя мать. Я обязан её ненавидеть. Но чем сильнее я пытаюсь вытолкнуть её из своей жизни, тем крепче она врастает в неё. И однажды мне придётся выбрать: сохранить империю отца или девушку, которую весь город считает моей сестрой.
— Какое? Сестра?
Машину не заносит. Заносит меня.
Я наклоняюсь к ней — так близко, что вижу чёрный ободок в серых глазах.
— Не рассчитывай давить на братские чувства. Их нет. И знаешь почему? Я Герману не сын. Ни капли его крови во мне нет. Так что я тебе не брат. Даже если ты трижды его дочь — я. Тебе. Никто.
Мир качается, как палуба.
Потому что я только что выдал чужому человеку то, что прятал от целого города.
— Зачем вы мне это сказали? — спрашивает она тихо.
Секунда. Ещё одна.
— Чтобы ты понимала расклад.
***
Она появилась на поминках в мокром пальто, с одним потёртым конвертом и назвала себя дочерью моего отца. Дочь женщины, из-за которой умерла моя мать. Я обязан её ненавидеть. Но чем сильнее я пытаюсь вытолкнуть её из своей жизни, тем крепче она врастает в неё. И однажды мне придётся выбрать: сохранить империю отца или девушку, которую весь город считает моей сестрой.
Второй курс. Новый универ. Новая подруга и «Север» — тёмный, дерзкий, опасный. Из тех, от кого надо бежать босиком по битому стеклу и не оглядываться.
Но есть одно «но» — никто здесь не знает моего прошлого.
И только когда мне кажется, что я начинаю жить заново — я слышу:
— Скучала, сладкая?
Козлов — мой худший кошмар, мой грязный секрет, мой позор.
Два месяца я убеждала себя — всё кончилось. Он не вернётся. Никто не узнает.
И вот он стоит передо мной, готовый рассказать всё.
Мне нужен кто-то страшнее него. И он есть.
Я не думаю. Просто иду — на Север.
Мои руки ложатся на его шею. Я тянусь к его губам.
Сама.
— Ты будешь моей должницей, — рычит в губы.
Раз… Два… Три…
Игра начинается.
Но есть одно «но» — никто здесь не знает моего прошлого.
И только когда мне кажется, что я начинаю жить заново — я слышу:
— Скучала, сладкая?
Козлов — мой худший кошмар, мой грязный секрет, мой позор.
Два месяца я убеждала себя — всё кончилось. Он не вернётся. Никто не узнает.
И вот он стоит передо мной, готовый рассказать всё.
Мне нужен кто-то страшнее него. И он есть.
Я не думаю. Просто иду — на Север.
Мои руки ложатся на его шею. Я тянусь к его губам.
Сама.
— Ты будешь моей должницей, — рычит в губы.
Раз… Два… Три…
Игра начинается.
Выберите полку для книги